суббота, 27 июня 2009 г.

Гуманизм: светский, христианский, соционический...

Изначально под этим словом я понимала что-то вроде "Все мы из обезьян, так возлюбим же друг друга!" Что, конечно же, казалось мне бессмыслицей.

Меня крестили в Православной церкви, и несколько лет я усердно пыталась быть примерно-православной: пыталась поститься, хотя моему организму было очень плохо от постной пищи. Ему, вот, хорошо только от мяса, сколько с ним не бейся! Пыталась читать невероятное количество многословных молитв, рекомендованных в стандартных молитвословах по разным поводам, хотя после одной-двух мой мозг отключался совершенно из-за повторов. Пыталась слушать только официально-православную музыку, хотя она часто и вгоняла меня в уныние. И, главное, по настоящему насиловала себя, пытаясь поверить, что такой и есть единственный путь к спасению, этого-то от меня Бог и хочет. Что Он, в доброте своей, пошлет на вечные муки всех, кто ТАК не поступает.

А мне-вот, глупой, все было жалко людей - и в каждом виделась Искра Божия. Бывает, конечно, разозлюсь на кого-нибудь, но стоит узнать человека по-ближе, с потрохами, и не могу я никого лично ненавидеть. Грех - могу, грешников - нет. И злорадствовать их гибели не могу, поскольку понимаю, что все мы грешные. И я не могу знать, кто из нас на свете больший грешник. Когда встречаю перлы вроде вот таких (да еще и от людей, называющих себя православными) - плакать и лезть на стенку хочется:
http://community.livejournal.com/ru_teologia/590908.html
или вот этот hate-list пользователя[info]pilgrimminstrel

Соционически я, вроде бы, как раз попадаю в тип Этико-интуитивный интроверт -"Гуманист" (Достоевский, INFJ). Соционика, конечно, не религия и не панацея, но многое, по-моему объясняет. От гордыни помогает избавиться - ты, вот, думаешь, что ты такой уникальный, особенный - а каждый шестнадцатый очень многим на тебя похож. Плюс КАЖДЫЙ человек начинает ощущаться родственником, хоть бы и внучатым племянником, - поскольку с каждым свой тип отношений. Братьев и сестер у меня никогда не было - а тут, вот, каждый шестнадцатый - ощущается почти как близнец. Приятное чувство локтя, какой-то общечеловеческой соборности. И доходит, наконец, что и понимание религии будет у разных людей разным. Кому-то просто как воздух нужны ритуалы и четкие правила. Ну и славно! Я сама очень люблю Православные службы, красивые церкви, облачения, старинные обычаи и традиции. Не люблю формализм и насилие над своим сердцем.

Оговорюсь, что я сторонюсь всего "левого" - из-за новозаветного "по левую руку". Я люблю свою "историческую Родину" - Россию и ее людей. Я очень хочу, чтобы ее культура не была забыта и не пришла в упадок. Но я также люблю и другие страны, в том числе те, где мне довелось жить и коренных жителей которых я знаю. Они живые люди, в них тоже есть Искра Божия. И я совершенно не могу понять, как кто-то из "православных" может ненавидеть целый народ или страну (где и православные, в том числе, тоже живут!). Христианство проповедует любовь к ближнему, а не ненависть. Ближний для меня - тот, кто рядом, будь то сосед или случайный попутчик.

Из этого следует, что я не могу спокойно сказать не-православной соседке "Доброе утро!"- и думать "По тебе ад плачет". И не могу представить себе, что Благой Бог посылает на вечные муки всех, кому, по тем или иным причинам, не довелось креститься, а потом с праведниками радуется в раю... Тут на помощь приходят
Апокатастасис и Климент Александрийский

Вот, говорят, есть и Христианский гуманизм:
О.Александр продолжил, указав на то, что для секулярного гуманизма мерой всех вещей является человек. Однако такой подход недостаточен для христианина, знающего о поврежденности человеческой природы первородным грехом. Церковь учит, что огромная ценность каждого человека состоит в том, что в нем явлен (или пока сокрыт) образ Божий. И это лежит в основе христианского служения ближнему, отметил священник. Он напомнил при этом, что «анонимное» добро имеет больший эффект, чем использование благотворительности для непосредственной проповеди. О.Петр сформулировал своеобразное напутствие волонтерам: «Перестать осуждать и обижаться, ожидать благодарности, но делать Христа ради, увидев в каждом человеке Христа». Спасибо istanaro, что навел меня на блог igpetr. А то я вот уже лет девять сижу дома и варюсь в собственном соку, и даже не знала что священники и миряне так запросто обсуждают все на свете в интернете...

Может, это то, что мне нужно. Может, я заблуждаюсь и Божье добро не равняется моему добру. Может, и нет никакого Бога. Но тогда и жить для меня нет смысла - как и в мире, управляемым злым или безразличным божеством, так и в мире без Бога. Опять приведу любимую цитату Льюиса:
"Я на стороне Аслана, даже если настоящего Аслана не существует. Я буду стараться жить, как нарниец, даже если не существует никакой Нарнии.... Этому мы и посвятим свою жизнь. И даже если она будет не очень долгой, то потеря невелика, если мир - такое скучное место, каким вы его описали".

Верить в то, что упорно отвергает твое сердце - бессмысленная трата сил и времени.

1 комментарий:

Sasha Cook комментирует...

Хорошая цитата о таком "чувстве локтя":

"в вечности все мы едино, и потому каждый из нас должен заботиться не только о себе, но и об этом всеединстве" (23). И все это до такой степени, что, по словам отца Софрония, "в глубоком сердце своем христианин каким-то образом переживает всю историю мира, как свою собственную... и нет тогда для него чужого человека" (102). Так сильно в нас чувство единения с нашими ближними, что мы начинаем смотреть на все человечество, как если бы оно составляло одного человека. "Весь Адам становится единым Человеком - Человечеством... В глубокой молитве за весь мир, как за "самого себя", [человек] реально живет все человечество, как единую жизнь, единую природу во множестве персон"[26]. Таким путем мы приходим к пониманию "универсальности человеческой личности"[27]. Именно потому, что мой ближний - это я сам, и потому, что его жизнь - моя собственная, я должен любить врагов своих. Только в свете учения преподобного Силуана о "всем Адаме" мы можем по-настоящему понять, почему он придает такое исключительное значение любви к врагам. Я должен любить врага моего потому, что мой враг - это я сам; я - тот "другой", которого я считаю своим врагом. Его жизнь - моя, а моя - его. Любовь к врагам есть непосредственное следствие нашей взаимосвязи во "всем Адаме".

из http://kiev-orthodox.org/site/theology/785/